Видите, генеральных старшин везем.

- Генеральных старшин? А то куда? Им место в генеральном совете.
- Не нашей головы дело спрашивать куда. Приказ, и только.
Мручко смутился. Действительно, приказные дается на то, чтобы их исполнить. Войско, которое не исполняет приказов своих начальников, это не войско, а сборище зазброених людей, не оборона края, а его опасность...

Подробнее...

Поезжайте! Не останавливает вас!
- Молчи!
- Ах, чтоб о вас ваши потомки молчали, чтобы имена ваши задеревилы так, как теперь не оден из казаков, который жизнь свою за вашу трусливисть возлагает, езжайте, но так, чтобы вас никто не видел, лошадей пожалуйте, чтобы им стыда не было , что таких господ везут!
- Хамы!
- Господа! Ну, поезжайте, поезжайте! А чтобы последняя трусисть уехала от нас с вами...

Подробнее...

А так, может, ты где-то на гетманских людей попадешь. Видишь, московский отдел небольшой, может, отобьешь меня. Однажды я его с трудом уговорили, хотя надежды на отбой, правду сказать, не имела, а только его спасать хотела. Ушел, а я всю ночь глаз не примкнула.
Что мне бедной делать, думаю...

Подробнее...

Не ропщи!
- Я не жалуюсь, - всхлипывала Одарка, - сама не знаю, что это мне. Пока дело, поты и сила была, а теперь и вспоминать тяжело.
- Мужчина не железо, известное дело. Спичны себе! - И подушку Одарке под спину пидложила.

Позвонила на слугу, говорила теплого молока принести. Одарка выпила, успокоилась и сама стала рассказывать дальше...

Подробнее...

Ветер ею в Ромны гнал. На санях извозчик и две женщины. Чуйкевич Мотрю узнал и поскакал навстречу. У Мотри сидела Обидовский. Оби горели от мороза и от умиления.

- А вы чего? - Крикнул Чуйкевич и сейчас же вскочил: - Как можно! Здесь опасно!
- Поэтому и мы здесь, - ответила Мотря.
- Сумасшедшая? Видишь? Бой!
- Не болтай много. Где гетман? - И выскочила из саней...

Подробнее...

Знали, что роменцы заработали несколько на шведов и казаков за квартиры, за еду, водку и всякие выслуги, и как же оно было бы, чтобы эти деньги не перелились в бездонные московские кармане?
Начали их переливать вместе с человеческой кровью, и, отбирая деньги, отобрали не одному жизни...

Подробнее...

- А кому же бы? Сотникам дооколичним: Лохвицком, Лукомского, Дубровский, пирятинскому подобное.
Всем глаза засветились, а хозяйка аж за голову руками схватилась:
- Сорок тысяч свиней! Сорок тысяч свиней!

- Еще сто тысяч Осьмачки муки! - Добавил второй сердюк.
- Сто тысяч Осьмачки муки! - Кивалася, как жид на Шабас, хозяйка. - Легко сказать, мои вы, и нелегко добыть. А еще теперь...

Подробнее...

- Потому что в голове только разум, а разум и счастье - это не одно. Может быть ум счастлив, а может быть и нет.

- Не понимаем.
- Знаю. Вот вы умны и несчастны, а я глупый и счастливый.

- Не видно того по тебе, дед.
- Потому что не показываю. Зачем? - Присел на кончике скамьи и по капельци пил водку из рюмки, которой его удостоила хозяйка. - Погадаю только, господа...

Подробнее...

- Поднял голову вверх, тем одним глазом смотрел в потолок, яблоко на гортанци задрожало, и из плохого дедушкиного горла полилась прекрасная, песня:

Из Киева, из Иерусалима, Аллилуйя! Из Киева, из Иерусалима, Оттуда шло а три черниченькы,
Аллилуйя!
Первая идет, на главе крест несет, Вторая идет, Евангелие несет, Третья еще, кадильницу несет,
Аллилуйя!

И пел дед, как сии три монахини с Божией Матерью встретились.

Подробнее...

Ниче удивительного: Апостол, Галаган, - тень не лишь от дерева на дорогу ложится, но от души на душу падает. Мало теперь между нашими таких душ, чтобы от них свет бил, сами тени. Словно одна большая черная тень от царя на всю Украину кладется.
Мороз топлив. Шинами по лицам ад, дыхание в груди спирали. Глаза мерзли.

Чуйкевич возвращал от Орлика, с которым имел длинную беседу...

Подробнее...

Только те, которым роменская беда подобралась к живым печенок, потешались, что, может, в Гадяче лучше станет, ибо чтоб еще хуже могло быть, о том человек в беде обычно не думает, как в добрые не думает, что ему действительно хорошо.
Король Карл не любил заранее звирюватися со своими военными планами; издавал приказы скоро, и не дай Бог, чтобы они так же скоро не были исполнены...

Подробнее...

- Именно к тому и веду, - спохватился Реншильд, - чтобы мы что-то вообще делали, а то снуемося от той проклятой Десны до какого там Сейма, мерзнем, как собаки, нуждаемся, как последние цюры, расходуют людей и муницию, а неужели это война? Черт знает что, а не настоящая война!
- А вы хотели бы в одном сражении побороть царя и завладеть его огромным государством?

- По одному или в десять, не знаю, но в битвах, так как только они решают сложные международные вопросы, только сражения, а не кипы, даже самого хитрого и остроумные папирря.

Подробнее...

Мужчина не является такой, каким мы его видим, только такой, каким он себя чувствует. А до того всякое о себе лучше думает. Народы также. Шведы высокомерные несколько.
- Как раз поэтому и мучаюсь ими. Высокомерие нашего всемилостивейшего может произойти гробом Швеции.
- На всякий способ это была бы не гроб, а величественный саркофаг, - припечатал разговор генерал Левенгавпт. Реншильд на минуту замолчал...

Подробнее...

Путь был разбит, местами глубоко повиорюваний пушками, словно гигантскими плугами, то гладкий с заливами, то вновь ямистий, или с сугробами снега, потому что ветер дул и дул, точно хотел завияты всякого, кто вместо по печей сидеть, смеет выходить ему навстречу в поле .

- Где-где с тех холме торчали задраны вверх Копаница, или дышло, как журавль, снимал высоко шею, или лошадь задирал ноги и костенив...

Подробнее...

- Казацкий! - Ответил, поддакивая, гетман.
- Действительно, многое в вас на большую меру, край, урожайность земли, летом жара, а зимой мороз. Надеюсь, что и народ вырастет здесь в больших дел способ не.
Гетман улыбнулся горько...

Подробнее...

Оба швыряли вопросами, как камнями, и, не дожидаясь ответа, задавали новые, без связи, без тех логических переходов, к которым мы так привыкли. Из длинного Ланца мечом отсекали единичные звена, а остальные бросали, как-то лишнее, скучную.
Хоть так далеки, все же кое в чем схожи с собой - невменяемые...

Подробнее...

А все же в нем одном тая сила, тысячи за собой влечет, что о жизни и о смерти их решает. В тех синих, словно полинялых глазах будущность Европы таится. Тот высокий белый лоб за тысячи думает ... Переехал ... У его молоденький Князик, красивый Реншильд, еще нескольких знакомых Анне генералов и региментом передвигаются спокойно, ровно, как за волной волна...

Подробнее...

На ее детей смотрит, как на своих, да еще теперь, по потере собственных сыновей.
Анне в Тамарихы хорошо, лучше, как в родной мамы, - о, куда!
А все же хочется оттуда до собственного дома и к собственному счастью. А оно где-то далеко, далеко ...
... Где оно?
Смотри Анна на ковер, пышно тканый, на мебель роскошную и на портреты на стенах. Или из них кто был счастлив? - Спрашивает...

Подробнее...

Расправил бы, мелькнул и за часок малую, или скорее, сидел бы под крышей и грелся у огня ...
Но было и птицы не выдерживают стужи ... Летит, летит, и вдруг колихнеться, потрясется крыло и, словно подстреленная в лету, падает вниз. Сани переезжают, и с черной тряпки делается что-то красное.
Багровеет путь, и под черепом багрово, а мороз трещит...

Подробнее...

Это между тем eine Flohfestung - правда?
Пипером со злости жили, как постромки, на висках набежали, но его уста улыбались сладко, и он, раскладывая недоумевая руками, оправдывался, что не знает даже, есть ли на свете какой Зеньков и Веприк.
- Надо знать, ексцеленцие, надо знать! Они для нас под нынешнюю пору важнее от Лондона и Парижа...

Подробнее...