Не отгоняет меня от парсуны своей и посылай хоть на Бельзевува самого - а пойду, так мне, Боже, дай завтра глянуть в ясные глаза твои, что пойду!
Гетман поднял его и, дергая за золоченый крючок на груди, говорил:
- Вот и духом! А я думал, что ты веселье сама, сам искренний смех. Успокойся и иди завтра ко мне на обед. Рад послушать твоих фацеций благородных.
Сотник снова плюхнулся к ногам...

Подробнее...

А какие они?
И гетману зрачка с сожалением посмотрели на те чисто резные, как каменные, крепко с дуба построены данцигского шкафы, полные книг, карт и ритовин, на тии широкие и выгодные поздно-стиля барокко Венецкий кресле, на зеркала в золоченых рамах, на турецкие ковры и французские гобелены, которыми он, как другие свои дворы, так и этот, в Горках, многие вивинував и со вкусом обставил, готовя, как не им, так для своей семьи и для своих наследников дома, достойные обладателей самостоятельного государства.

Подробнее...

С легким оттенком упрека в голосе спросил своего дяди:
- Почему отее, милость ваша, позволили вы беглецам безнаказанно покидать лагерь? Они присягали вам на верность, и то не раз! Это же дезерция, которой потакать и которую апробировать все. Она же разойдется по всему вашему войску, как заразная болезнь.
- Почему? - Ответил без следа гнева и супротивлення гетман. - Почему я их пустил? Послушай...

Подробнее...

Видишь, не могу сейчас идти. Подожди, вернем, вернем в Батурин.
Собака взяла хвост под себя, пошла в угол за печку и положилася, вздыхая глубоко, как человек.
Гетман встал и пустился по комнате.

- Наказывать, говоришь, беглецов ... Ничего легче, как наказывать, а трудно довести до того, чтобы наказывать не было нужно. Всю жизнь теперь - это одна большая кара, равно издевательство .....

Подробнее...

Но не больше еще притягивала их в свой дом сама Фекла, вдова сорока лет, которой больше, чем тридцать, никто не решался бы полагать, такая еще была емкая, вертлявая и по-девичий свежая. Как смеялась, то возле рта на лицах делались такие ямочки, что даже самым старшим сотникам хотелось туда свой мизинний палец воткнуть, что палец, и язык не было бы греха...

Подробнее...

- Оставьте, господин сотник! - Кричала на него Фекла. - Зачем вы мне девушку на ночь ужасает?

- Потому, правду вам сказать, не люблю бабской рода.
- Ов, а то ведь с тех пор? - Вопрошали одни.
А вторые ответили:
- С каких состарился сотник. Лишь оскомина все же осталась, и поэтому-то такой февраль на женщин, как Веклини собаки на нас...

Подробнее...

А между тем сотник Мручко рассказывал своим соседям:
- Вот как были мы с нашим гетманом в Кочубея на Пири ...
- Вы уже это, пан сотник, сто раз рассказывали.
- Да послушайте сто первый.
- Не хотим. Говорите что-то другое.

- Когда я в Едикуле в турецкой неволе сидел ...
- И это мы уже знаем наизусть...

Подробнее...

Что одних прогонишь, то вторые с другой язычники входят, - а дрисля их напала бы, Шляга бы их побрал, тю!
И стали казаки жаловаться на свою судьбу, имея в мыслях недалекое праздник Рождества Христова, которое им придется проводить не дома и или вообще придется? И мешались морковь с проклятиями, сожаления со злостью, грусть с казацким безтяменним упорством, от которого столы дрожали, а оконные стекла, словно от страха, дзеленькотилы.

Подробнее...

Но, к счастью, надчисельний охотник ехал, как настоящий казак, будто он и вырос на лошади.

В Мручковий голове со скорая молнии рисувався весь план баталии. Когда нам только не ударили сбоку, если бы мы прошли зударний угол! Тогда враг переедет линию нашего бега, будет принужден остановить на минутку лошадей, а только затем пустится за нами вдогонку...

Подробнее...

Поспиралы мушкеты на тии ветки, ожидая врагов.
- У тебя есть мушкет? - Спросил есаул своего товарища шепотом, потому стояли рубище об рубище.
- А как же ты хотел, без мушкету? В Фекла есть их несколько, такие времена!
- А не боишься?

- Чего? При тебе?
- Здесь нетрудно о смерти!

- Не переживу тебя, не бойся! У меня кулечниця полная...

Подробнее...

Мручко над могилой пригнул колено, может, вспоминал своих погибших сыновей, может, мыслью забегал в будущее, достаточно, что отменился всецело. Приосанился и посумнив, будто шуток никогда и не знал. Снимая глаза на небо, на котором солнце уже стояло высоко, говорил, будто считывал из книги:
- Не сердись на нас, Царствие глаза, что мы пренебрегли тебя отсим каинським делом...

Подробнее...

Жестокость царя известна была всей вселенной, поэтому и не удивительно, что Мазепины люди тяжело страдали, дрожа в судьбе своих оставленных семей.

Больше всех страдал гетман, чувствуя на себе ответственность за судьбу страны. Царя он знал лучше, чем кто-либо другой...

Подробнее...

Ни дня, ни ночи спокойной честным людям от них нет. И смотри, молодого устрелилы нам. Где завороженными пулями стреляют, что ли, еще ночью в лесу не в дерево, а в молодецкое тело попала! И я их десять за этого одного на лапшу посеку, лахмаи товстопузии...

Подробнее...

Прогонит дьявольское племя, прогонит, не даром же меня так руки чешутся, как мою бабу язык!
Так приговаривая, чтобы и себя разжечь и казакам большего рвения добавить, бегал, как парень перед свадьбой, по всей пасеке, осмотрював заборы, двери и башни на хорошо обдумывал, где и кого бы ему задать, чтобы лучше и легче выдержать осаду, которой, наверное, надеялся, а как же оно и было бы, чтобы москали занюхала мед и не пошли его лизать.

Подробнее...

Правда, что и спрятать умел свое добро по-искусно, но что казак спрячет, то только второй казак и найдет, более никто, разве черт.
Так оно и Тутка произошло.

Не прошло и часа, еще не благословилося на мир, как пасека Имжицького была готова к осаде.
- Не пасека, а прямо Кодак, - хвалил себя Мручко. - Когда мы не отразились в ней от целого ратного полка, то были бы мы только мамуля, а не казаки...

Подробнее...

Еще как на такой хабети, что походила больше на какого змизерованого гипоцентавра, чем на Боеву лошадь, сидел ровно худой молодой молодой ездок, то оно не выглядело так страшно, но бывало и такое, что на худом, как Терлица, лошади ехал всадник тучный и пузатый, как бочка, и тогда ты боялся, что вот-вот и переломится сухоребрый лошадь надвое, задние ноги с хвостом покатятся в один, а передние с головой в другую сторону, а ездок сядет недоумевая на земле между ними.

Подробнее...

- Славно, славно, Шелест! - Восклицал Мручко, хлопая в ладоши и шапкой посылая казаку привет. - После такого боя и умереть не жалко.
Но сияние все более то слабее мерцало, и Бог весть, не погас бы навеки, если бы тамтамы два казака не покончили были своей работы и не вскочили ему в подмогу...

Подробнее...

Вдруг отогнала словами: - Иди, иди! Там надо тебе!
- Ой надо, - вздохнул, схватил из угла мушкет и выбежал во двор.
На устах слышал мед. В пасеке было ...
На пороге задеревив. Изменение за это короткое время!
Хоть солнце поверх деревьев снялось, за дымами света Божьего не было видно...

Подробнее...

Те зашатались, как качается лан, когда воздушно труба его обеспокоит; послышался крик, брань, проклятия, одни валились, как снопы, другие отскакивали, как щепки от топора, другие, загулюючы глаза перед стрелами, толкали штыками наугад. А Мручко с небольшим своим обществом пер вперед...

Подробнее...

Но ни первый под руководством сотника Журбы, ни другой под Чернием не был так упорен и кровавый, как этот, третий, который, словно напропалую, продолжал Мручко. И в тамтамы нанесен врагу большие потери, а после того казалось, что он уже дорешти отощал и потерял охоту к бою. Скрылся в лес между деревья и оттуда редкими стрелами давал знать, что еще не отошел...

Подробнее...